|

Геоэкономическая интеграция Латинской Америки

Как отмечает британский известный журнал «Экономист», первое десятилетие двадцать первого века, поистине может быть названо эпохой, «декадой Латинской Америки». «Почему?», спросите вы. А потому, что та динамика экономического роста и достижение действительно эффективной независимости странами региона, просто потрясает. Вашингтон понемногу теряет контроль над ситуацией, что так нехарактерно для, так называемых «задних дворов» Соединённых Штатов Америки.

До последнего времени как экономическое, так и социальное развитие региона было в узких рамках национальных экономик, из-за зависимого их характера. Удивительно, но до недавнего времени государства Латинской Америки имевшие в своём распоряжении лишь товары лёгкой промышленности (в основном), могли совершать процедуры купли продажи лишь в вертикальной плоскости, то есть только напрямую с Соединёнными Штатами Америки. О взаимном товарообороте не могло даже идти речь. Именная то желание, воля к освобождению от экономической зависимости империи, стала решающим моментом в достижении Латинской Америки финансовой независимости.

Не вдаваясь в исторические описания, в становлении экономики Латинской Америки имело место несколько «волн». Каждая из волн ознаменовала оформление той или иной интеграционно направленной организации. Так, существовало на территории Латинской Америки Латиноамериканская зона свободной торговли, которая начиная с шестидесятых годов получила таковое название, перед этим, будучи обычной экономической комиссией. Через два десятилетия, уже в восьмидесятых на смену ЛАСТ-у пришла Латиноамериканская Ассоциация интеграции. Приход этот ознаменовался более гибким алгоритмом товарных отношений. Однако пресловутая зона свободной торговли так и не была оформлена.

Интеграционные группировки первых волн оформлялись в то время, когда господствовали теории зависимостей государств. И были направлены в основном на преодоление последствий совместного экономического развития. Америка уяснила для себя опасность существования подобных интеграционных (пускай не совершенных, однако требующих тщательного внимания) объединений и ответ не заставил себя долго ждать. Ведь Америка теряла: с одной стороны эффективной рынок реализации собственных товаров, а с другой – потенциальных «клиентов» для качественного (вернее односторонне выгодного импорта). Именно американские экономисты-учёные вывели теорию, согласно которой государство не в силах вывести регионы страны из состояния экономической отсталости, а сделать это может исключительно свободный рынок. Эти две теории стали, своеобразным противостояние двум концепциям: наименьшего вмешательства в экономические дела государством и английской школой фритредеров.

Ответная концепция, которая получила в дальнейшем название «неолиберализма», получила следующие основные пункты:

  1. Сокращение до минимума уровня вмешательства государства в дела экономики страны и осуществление приватизации различных предприятий,
  2. Полное освобождение капиталовложений от ограничений различного рода,
  3. Широкое распространение срочных типов контракта, снижение полномочий профсоюзных организаций,
  4. Значительное сокращение социальных программ и снижение налоговой ставки на корпорации. Плюс к этому отмечалась отмена прогрессивных типов шкал на доходы.

И, как мы смогли наблюдать, эти разногласия между региональной схемой развития и американской концепцией, зачастую выражались и приобретали вид государственного переворота. Военная диктатура и государственные перевороты, буквально стали лицом Латинского региона на долгое время. Да, и до сих пор Латинская Америка у многих ассоциируется с восстанием в Чили, захватом власти в Бразилии и так далее. Однако лишь военными переворотами не ограничилось. В ход пошли и более цивилизационные приемы, например, займы Международного валютного фонда и всемирного банка, как один из инструментов. Сами займы предоставлялись при условии соблюдения доктрины «неолиберализма» в регионе. Страны, где доминировали товары лёгкой промышленности, стразу же почувствовали на себе последствия таких займов. Реальные заработные платы, доход населения стал резко падать, безработица била все рекорды, а эфемерный рост экономики сменялся падением внутреннего валового продукта.

Постепенно, общественно-политические дискуссии привели к необходимости выбора нового консенсуса, которой бы смог вывести регион из кризиса и был бы «противником» неолиберальной практики, как той системы, которая привела регион к разрухе. Ключом к переориентации, реформированию национальных систем, изменению движения в сторону интеграции, стал приход к власти защитников теории самостоятельного развития региона. По сути, программа стала не чем иным, как новым витком старой девелопменталистской программы. Национализация некоторых отраслей промышленности, в том числе, с производством товаров лёгкой промышленности, сохранение постоянного роста платежеспособного спроса со стороны населения, – вот то, что должно было стать путём к успеху.

Но, Америка не успокоилась и по-прежнему считала регион зоной своих личных интересов. Попыткой изменить ситуацию, стало оформление так называемой The Free Trade Area of the Americas (FTAA). Данная программа должна была действовать как составляющая часть North American Free Trade Agreement (NAFTA) – зона свободной Североамериканской торговли. Реакция вызвала волны недовольства со стороны населения Латинской Америки, экономисты которой утверждали, что подобное соглашение может, и будет иметь положительные черты только для Америки, в одностороннем порядке. Так, что основные аргументы против оформления организации были довольно общими с теми, которые привели к краху Дохийского раунда переговоров Dсемирной Торговой Организации. Те страны, которые называются «развитыми», стремятся к увеличению сферы деятельности, расширения торговли товарами и услугами, значительным ожесточением защиты интеллектуальной собственности, тогда как лишь развивающиеся страны интересуются раными правами на рынка сельскохозяйственной продукции, ликвидацией субсидий для сельского хозяйства. Новые группировки были созданы благодаря нежеланию работать в организации под эгидой Соединённых Штатов Америки, что дало импульс, придало динамизма данным группировкам.

Новое поколение латиноамериканских политиков и чиновников торжественного провозгласило вектор движения в сторону экономической и политической независимости. Буквально за короткие термины было организовано институт, структуру, которая объединила всю Южную Америку. Случилось это в 20008 году, когда был юридически подписан договор об организации Союза южноамериканских наций. По европейскому образу, данная структура должна была заявить миру о том, что южноамериканский регион не просто сырьевой придаток Соединённых Штатов Америки, а заслуживающий на внимание и уважение важный экономический регион. В его состав вошли почти все страны Южной Америки, за исключением Французской Гвианы. Весь континент должны были принизать экономические связи с отдельными городами и странами. На то время наиболее влиятельными интеграционными центрами были Меркосур и АСН. Именно они и должны были реализовать план. По первому времени результаты действительно не заставили себя ждать: возросли темпы внутрирегиональной торговли, вырос объём общего экспорта. Расширилось и количество членов интеграционных сообществ, что само по себе являлось индикатором доверия населения и веры в то, что данные организации смогут переломить сложившийся «проамериканский» порядок. К сожалению, большинству из задуманных планов не суждено было исполниться, ведь мир погрузился в кризис. И не просто, а мировой. В качестве основной альтернативны отечественным экспортным рынкам, было принято решение укреплять интеграционные процессы. Таким был ответ государств на всё расширяющийся кризис. Поступательное движение от зон свободной торговли до оформления Таможенного союза (как это происходит при классической варианте развития событий при интеграционной политики), было несколько спущено на тормоза Аналогичная ситуация возникла на местных рынках с перенаправлением на них торговых потоков.

С тех пор региональная интеграция всё наращивала темпы. И в настоящее время связь между отдельными странами Латинской Америки ещё не до конца прочна. Практика мирового кризиса ещё раз подчеркнула, что даже давно согласованные решения могут быть не выполнены. То тут то там возникают проблемы: то в Меркосуре не получается оформить таможенный кодекс и убрать двойное налогообложение на ввозимые товары в страну, то откладывается создание единого рынка в КАРИКОМ.

Тем не менее, внутрирегиональная торговля идёт и идёт с наращиванием темпов. Если верить статистике, то процентного роста составил двадцать пять процентов, по сравнению с шестнадцатью (в начале 2000). Однако достигнутый уровень не совсем означает «победу». Зависимость ещё не преодолена и отголоски мирового кризиса звучат и в странах региона, а не только в «первом мире». Таким образом перспективы региона зависят от того, насколько правительства смогут укрепить и нарастить тенденцию взаимной торговли внутри регионов и между собой. И, если верить британскому «Экономисту», именно второе десятилетие двадцать первого века будет латиноамериканским. Посмотрим.

Банковское дело

Метки: , , , ,

Один комментарий КОММЕНТАРИИ:

  1. Доброго времени суток, хочу высказать что это очень интересная статья. Благодарю

Оставьте комментарий:

Это не спам.

В Вашем браузере отключена поддержка JavaScript! Для корректной работы Вам необходимо включить поддержку JavaScript и обновить данную страницу.

Система Orphus



Яндекс цитирования



Яндекс.Метрика







Рейтинг@Mail.ru

Лицензия Creative Commons



Центр Льва Гумилева: современное евразийство



Последние комментарии

  • Евгений: Ну что?Бред,говоришь?
  • sn23: В КНР 23 провинции, а не 29.
  • sn23: Абзац про экономический ресурс необходимо исправить. КНР уже давно на 2-ом месте.
  • Севастополь: очередной бред русфашистов!
  • Дударев К.И.: Лукашеенко А.Г создал самую большую банду в Европе. Убивают,похищаю и тд. Почему не принимаются меры к...